| agranovsky ( @ 2008-12-22 22:07:00 |
РАДИО "ФИНАМ FM": КОМЕНДАНТСКИЙ ЧАС ДЛЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ?
http://finam.fm/archive-view/543/
"Гости: ЕЛЕНА МИЗУЛИНА, председатель Комитета Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей; ДМИТРИЙ АГРАНОВСКИЙ, российский адвокат, политический деятель; БОРИС АЛЬТШУЛЕР, исполнительный директор региональной общественной организации содействия защите прав детей «Право ребенка».
...
МЕТЛИНА: Друзья мои, к нам присоединяется Дмитрий Аграновский, российский адвокат и политический деятель. Дмитрий Владимирович, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: Добрый вечер.
АГРАНОВСКИЙ: Да, здравствуйте.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, спасибо, что вы присоединились к нам. У нас такая жаркая дискуссия развернулась. В основном звонят мужчины, наша целевая аудитория любимая…
МУРАВЬЕВ: Есть люди и за, и против…
МЕТЛИНА: Да. Мы обсуждаем вот такое серьезное дело – введение комендантского часа для детей.
АГРАНОВСКИЙ: Понятно.
МЕТЛИНА: Вот ваша позиция? Что вы думаете по этому поводу? Не нарушает ли это прав наших маленьких граждан? Не породит ли в частности в Москве новую волну коррупции среди правоохранительных органов? Как вы считаете?
АГРАНОВСКИЙ: Вот все, что вы сказали, – знаки вопроса здесь нужно убрать. Давайте сначала чуть-чуть о высоких материях. Что у нас происходит?
У нас происходит постепенное ограничение неких социальных групп в их правах: кого-то лишили права на суд присяжных, в отношении кого-то ввели комендантский час. Пусть это дело благое, но потом эти запреты посыпятся, как из рога изобилия, и это будет просто правовой нигилизм и неуважение к Конституции, и закончится вообще тотальным запрещением самых насущных прав.
МУРАВЬЕВ: То есть не дойти бы до строительства гетто, например?
АГРАНОВСКИЙ: Ну, разумеется. То есть мы берем социальную группу и ущемляем ее в правах. Потом дальше. Идея, может быть, и благая. Но давайте посмотрим, что получится на практике. На практике пострадают от этого закона, прежде всего, благополучные семьи и благополучные родители, которых, что называется, легче всего ухватить. Этот закон – питательная база для преступности… ой, для коррупции. Для коррупции. Это раз. А вот неблагополучные дети, неблагополучные родители, извините за резкость, плевали на него с высокой колокольни. В их поведении ровным счетом ничего не изменится. То же самое примерно происходит с запретом на распитие алкоголя в общественных местах, когда страдают, в общем-то, достаточно приличные ребята из приличных семей, которые попали под горячую руку, а те, кто распивали, – они распивали, распивают и будут распивать.
МУРАВЬЕВ: Ну, страдают те, кто на самом деле может заплатить.
АГРАНОВСКИЙ: Наиболее законопослушные граждане, которые не хотят выглядеть незаконопослушными, вот они, прежде всего, и пострадают. Это очень важно. Еще очень важно, что, в принципе, действительно идут по пути наименьшего сопротивления. Вместо того чтобы наводить порядок на улицах и решать эту проблему в принципе… Ну давайте вообще введем комендантский час в отношении всех…
МЕТЛИНА: Да.
АГРАНОВСКИЙ: Тем более в преддверие экономического кризиса. Давайте на всякий случай введем чрезвычайное положение. Потом давайте закрепим принудительный труд. Действительно, в стране все упорядочится.
МУРАВЬЕВ: Да.
АГРАНОВСКИЙ: Но понравится ли такой порядок? И самое главное – будет ли от этого порядка лучше? И не повлечет ли этот порядок в конечном итоге новую волну уже совершенно другой преступности?
МУРАВЬЕВ: Но вот есть люди, которые… Дмитрий Владимирович, а у нас есть вот слушатели, которые звонят, и они все-таки за то, чтобы вводили комендантский час. Илья.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, оставайтесь на линии. Сейчас Илью послушаем, что он скажет.
МУРАВЬЕВ: Илья, добрый вечер. Ваша точка зрения.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, здравствуйте. Я с этой позицией согласен, что надо ввести все-таки этот комендантский час. Ну, представьте себе, вот я… Когда-нибудь у меня будет сын или дочь, я не буду знать, где она пропадает…
МУРАВЬЕВ: Почему?
СЛУШАТЕЛЬ: Потому что она позвонит: «Папа, у меня все хорошо, не беспокойся». Извините, а где она? Как я узнаю, где она может быть? Ну, сказала: «Я у подруги…»
МУРАВЬЕВ: Илья, то есть вы заранее, перед рождением ребенка, уже готовитесь к тому, что вы не будете за него отвечать?
СЛУШАТЕЛЬ: Я заранее продумываю то, как я буду воспитывать своего сына или дочь.
МЕТЛИНА: Илья, я вам посоветую, просто раз уж у вас в далекой перспективе дети…
СЛУШАТЕЛЬ: Ну, я бы не сказал, что в очень далекой…
МЕТЛИНА: Лично я советую все-таки наладить контакт и сделать все возможное, чтобы дети вам не врали. Это исключительно зависит только от вас, и никакой…
МУРАВЬЕВ: Дяденька милиционер…
МЕТЛИНА: …кодекс об административных ответственностях…
СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я согласен. Но есть еще такая проблема: во всех магазинах, палатках висит вот эта дурацкая табличка…
МЕТЛИНА: «Сигареты не продавать», да. А все равно продают. А все курят.
СЛУШАТЕЛЬ: «Не продаем сигареты 16-летним. Не продаем алкоголь 21-летним». Но, простите меня, продавцам легче заплатить штраф и продавать это все детям.
МЕТЛИНА: Ну да.
СЛУШАТЕЛЬ: Простите меня, ну почему тогда нельзя ввести, допустим, уголовную ответственность за нарушение этого правила, чтобы тогда все действительно задумались?
МЕТЛИНА: Спасибо, Илья. Понятна ваша позиция.
МУРАВЬЕВ: Спасибо, Илья.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, вот такая позиция.
МУРАВЬЕВ: Такая позиция. Прокомментируйте.
АГРАНОВСКИЙ: Я просто вижу, что человек… действительно у него нет детей, и вот он умозрительно… Да он и не будет знать. Он как не знал, где находится его ребенок, так и не будет знать. Потому что надо без всякого комендантского часа постоянно знать, где находятся ваши дети, если вам до них, что называется, не все равно.
МЕТЛИНА: Да.
АГРАНОВСКИЙ: А если вам все равно, никакой комендантский час вам не поможет. И вообще просто вдумайтесь в саму фразу, вот у нас вроде бы нет войны: «Вводить или не вводить комендантский час?» Да с какой стати, просто, грубо говоря, комендантский час? Комендантский час и все его соответствующие атрибуты – это ограничение в правах. И я говорю: поверьте, начнут с детей под самыми благими лозунгами, а потом продолжат еще кем-нибудь.
МУРАВЬЕВ: А продолжат…
АГРАНОВСКИЙ: Обязательно! И совершенно неожиданные категории под это попадут. Вообще вот эти запреты…
МУРАВЬЕВ: Я бы, например, предложил ввести комендантский час для журналистов. Вот так, чтобы мне запретили после 10 на улицу выходить. Я бы с удовольствием.
АГРАНОВСКИЙ: Нет, предлагается ввести комендантский час для людей судимых или для людей, злоупотребляющих алкоголем. Потом эти категории будем расширительно толковать. Только начни запрещать – конца не будет, вместо того чтобы реально наводить реальный порядок. Другого пути просто нет.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, завершая нашу беседу, насколько я понимаю, ваша позиция все-таки звучит таким образом, что милиция должна заниматься своим непосредственным делом? То есть мы, как всегда, начали со следствия…
АГРАНОВСКИЙ: Как и родители. А родители должны детьми заниматься. Конечно.
МЕТЛИНА: И родители должны заниматься своими делами, а милиция – ловить преступников. Понятно. Спасибо огромное.
МУРАВЬЕВ: Спасибо огромное.
МЕТЛИНА: У нас на связи был Дмитрий Аграновский, российский адвокат, политический деятель..."
http://finam.fm/archive-view/543/
"Гости: ЕЛЕНА МИЗУЛИНА, председатель Комитета Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей; ДМИТРИЙ АГРАНОВСКИЙ, российский адвокат, политический деятель; БОРИС АЛЬТШУЛЕР, исполнительный директор региональной общественной организации содействия защите прав детей «Право ребенка».
...
МЕТЛИНА: Друзья мои, к нам присоединяется Дмитрий Аграновский, российский адвокат и политический деятель. Дмитрий Владимирович, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: Добрый вечер.
АГРАНОВСКИЙ: Да, здравствуйте.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, спасибо, что вы присоединились к нам. У нас такая жаркая дискуссия развернулась. В основном звонят мужчины, наша целевая аудитория любимая…
МУРАВЬЕВ: Есть люди и за, и против…
МЕТЛИНА: Да. Мы обсуждаем вот такое серьезное дело – введение комендантского часа для детей.
АГРАНОВСКИЙ: Понятно.
МЕТЛИНА: Вот ваша позиция? Что вы думаете по этому поводу? Не нарушает ли это прав наших маленьких граждан? Не породит ли в частности в Москве новую волну коррупции среди правоохранительных органов? Как вы считаете?
АГРАНОВСКИЙ: Вот все, что вы сказали, – знаки вопроса здесь нужно убрать. Давайте сначала чуть-чуть о высоких материях. Что у нас происходит?
У нас происходит постепенное ограничение неких социальных групп в их правах: кого-то лишили права на суд присяжных, в отношении кого-то ввели комендантский час. Пусть это дело благое, но потом эти запреты посыпятся, как из рога изобилия, и это будет просто правовой нигилизм и неуважение к Конституции, и закончится вообще тотальным запрещением самых насущных прав.
МУРАВЬЕВ: То есть не дойти бы до строительства гетто, например?
АГРАНОВСКИЙ: Ну, разумеется. То есть мы берем социальную группу и ущемляем ее в правах. Потом дальше. Идея, может быть, и благая. Но давайте посмотрим, что получится на практике. На практике пострадают от этого закона, прежде всего, благополучные семьи и благополучные родители, которых, что называется, легче всего ухватить. Этот закон – питательная база для преступности… ой, для коррупции. Для коррупции. Это раз. А вот неблагополучные дети, неблагополучные родители, извините за резкость, плевали на него с высокой колокольни. В их поведении ровным счетом ничего не изменится. То же самое примерно происходит с запретом на распитие алкоголя в общественных местах, когда страдают, в общем-то, достаточно приличные ребята из приличных семей, которые попали под горячую руку, а те, кто распивали, – они распивали, распивают и будут распивать.
МУРАВЬЕВ: Ну, страдают те, кто на самом деле может заплатить.
АГРАНОВСКИЙ: Наиболее законопослушные граждане, которые не хотят выглядеть незаконопослушными, вот они, прежде всего, и пострадают. Это очень важно. Еще очень важно, что, в принципе, действительно идут по пути наименьшего сопротивления. Вместо того чтобы наводить порядок на улицах и решать эту проблему в принципе… Ну давайте вообще введем комендантский час в отношении всех…
МЕТЛИНА: Да.
АГРАНОВСКИЙ: Тем более в преддверие экономического кризиса. Давайте на всякий случай введем чрезвычайное положение. Потом давайте закрепим принудительный труд. Действительно, в стране все упорядочится.
МУРАВЬЕВ: Да.
АГРАНОВСКИЙ: Но понравится ли такой порядок? И самое главное – будет ли от этого порядка лучше? И не повлечет ли этот порядок в конечном итоге новую волну уже совершенно другой преступности?
МУРАВЬЕВ: Но вот есть люди, которые… Дмитрий Владимирович, а у нас есть вот слушатели, которые звонят, и они все-таки за то, чтобы вводили комендантский час. Илья.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, оставайтесь на линии. Сейчас Илью послушаем, что он скажет.
МУРАВЬЕВ: Илья, добрый вечер. Ваша точка зрения.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, здравствуйте. Я с этой позицией согласен, что надо ввести все-таки этот комендантский час. Ну, представьте себе, вот я… Когда-нибудь у меня будет сын или дочь, я не буду знать, где она пропадает…
МУРАВЬЕВ: Почему?
СЛУШАТЕЛЬ: Потому что она позвонит: «Папа, у меня все хорошо, не беспокойся». Извините, а где она? Как я узнаю, где она может быть? Ну, сказала: «Я у подруги…»
МУРАВЬЕВ: Илья, то есть вы заранее, перед рождением ребенка, уже готовитесь к тому, что вы не будете за него отвечать?
СЛУШАТЕЛЬ: Я заранее продумываю то, как я буду воспитывать своего сына или дочь.
МЕТЛИНА: Илья, я вам посоветую, просто раз уж у вас в далекой перспективе дети…
СЛУШАТЕЛЬ: Ну, я бы не сказал, что в очень далекой…
МЕТЛИНА: Лично я советую все-таки наладить контакт и сделать все возможное, чтобы дети вам не врали. Это исключительно зависит только от вас, и никакой…
МУРАВЬЕВ: Дяденька милиционер…
МЕТЛИНА: …кодекс об административных ответственностях…
СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я согласен. Но есть еще такая проблема: во всех магазинах, палатках висит вот эта дурацкая табличка…
МЕТЛИНА: «Сигареты не продавать», да. А все равно продают. А все курят.
СЛУШАТЕЛЬ: «Не продаем сигареты 16-летним. Не продаем алкоголь 21-летним». Но, простите меня, продавцам легче заплатить штраф и продавать это все детям.
МЕТЛИНА: Ну да.
СЛУШАТЕЛЬ: Простите меня, ну почему тогда нельзя ввести, допустим, уголовную ответственность за нарушение этого правила, чтобы тогда все действительно задумались?
МЕТЛИНА: Спасибо, Илья. Понятна ваша позиция.
МУРАВЬЕВ: Спасибо, Илья.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, вот такая позиция.
МУРАВЬЕВ: Такая позиция. Прокомментируйте.
АГРАНОВСКИЙ: Я просто вижу, что человек… действительно у него нет детей, и вот он умозрительно… Да он и не будет знать. Он как не знал, где находится его ребенок, так и не будет знать. Потому что надо без всякого комендантского часа постоянно знать, где находятся ваши дети, если вам до них, что называется, не все равно.
МЕТЛИНА: Да.
АГРАНОВСКИЙ: А если вам все равно, никакой комендантский час вам не поможет. И вообще просто вдумайтесь в саму фразу, вот у нас вроде бы нет войны: «Вводить или не вводить комендантский час?» Да с какой стати, просто, грубо говоря, комендантский час? Комендантский час и все его соответствующие атрибуты – это ограничение в правах. И я говорю: поверьте, начнут с детей под самыми благими лозунгами, а потом продолжат еще кем-нибудь.
МУРАВЬЕВ: А продолжат…
АГРАНОВСКИЙ: Обязательно! И совершенно неожиданные категории под это попадут. Вообще вот эти запреты…
МУРАВЬЕВ: Я бы, например, предложил ввести комендантский час для журналистов. Вот так, чтобы мне запретили после 10 на улицу выходить. Я бы с удовольствием.
АГРАНОВСКИЙ: Нет, предлагается ввести комендантский час для людей судимых или для людей, злоупотребляющих алкоголем. Потом эти категории будем расширительно толковать. Только начни запрещать – конца не будет, вместо того чтобы реально наводить реальный порядок. Другого пути просто нет.
МЕТЛИНА: Дмитрий Владимирович, завершая нашу беседу, насколько я понимаю, ваша позиция все-таки звучит таким образом, что милиция должна заниматься своим непосредственным делом? То есть мы, как всегда, начали со следствия…
АГРАНОВСКИЙ: Как и родители. А родители должны детьми заниматься. Конечно.
МЕТЛИНА: И родители должны заниматься своими делами, а милиция – ловить преступников. Понятно. Спасибо огромное.
МУРАВЬЕВ: Спасибо огромное.
МЕТЛИНА: У нас на связи был Дмитрий Аграновский, российский адвокат, политический деятель..."