July 8th, 2014

Красная Армия

ЕСПЧ РАССЛЕДУЕТ ПОХИЩЕНИЕ ЛЕОНИДА РАЗВОЗЖАЕВА В ПРИОРИТЕТНОМ ПОРЯДКЕ.

7 июля 2014 года Европейский Суд по правам человека начал процесс коммуникации по жалобе защитников Леонида Развозжаева адвокатов Дмитрия Аграновского и Анны Ставицкой. 7 июля вечером я получил по электронной почте документы из Европейской Суда.
Коммуникация – это процесс по существу, в ходе которого запрашиваются объяснения соответствующего государства, потом Заявителя и после этого по делу выносится решение.
В Сопроводительном письме ЕСПЧ сообщает, что Правительству России и Украины направлены Изложение фактов (Statement of facts) как их видит Европейский Суд, и вопросы, на которые они должны ответить до 15 сентября 2014 года.
Правительству России задано 18 вопросов, Правительству Украины задано 9 вопросов.
Вопросы касаются предполагаемого похищения Развозжаева с территории Украины, предполагаемого бесчеловечного обращения в ходе похищения в период с 19 по 21 октября 2012 года, а также предполагаемых неправомерного ареста, неправомерного продления срока содержания под стражей, неоказания надлежащей медицинской помощи и бесчеловечного обращения в ходе судебных слушаний.
Вопросы Европейского Суда по правам человека (в переводе адвоката Аграновского Д.В.) приводятся ниже:
Вопросы Правительству России.

1. Был ли Заявитель лишен свободы 19 октября 2012 года, как он утверждает? Если да, Ваше Правительство должно предоставить следующую информацию:
(а) был ли Заявитель задержан властями России или Украины или частными лицами?
(b) была ли причина для его лишения свободы?
(с) базировалось ли это на решении, формальном или неформальном властей России и/или Украины?
(d) когда и где Заявитель пересек границу между Россией и Украиной в период между 19 и 21 октября 2012?

2. Был ли Заявитель подвергнут бесчеловечному или унижающему достоинство обращению 19-21 октября 2012 года, властями или частными лицами, в нарушение статьи 3 Конвенции?

3. Какие меры были приняты властями России для расследования утверждений Заявителя, что он был похищен с территории Украины государственными агентами (спецслужбами) России 19 октября 2012 года и подвергался дурному обращению с их стороны 19-21 октября 2012? Принимая во внимание процедуру защиты от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и принимая во внимание позитивные обязательства гарантировать права Заявителя на свободу и безопасность, охраняемые статьей 5 частью 1 Конвенции, было ли расследование в настоящем деле, проводимое властями России, нарушающим статьи 3 и 5 Конвенции?

4. Относительно утверждения Заявителя, что 21 октября 2012 года похитители передали его из рук в руки в Следственный Комитет Российской Федерации, арестовали ли власти России его на этой стадии и соответствовал ли арест статье 5 части 1 Конвенции?

5. Правительство приглашается представить информацию о ходе уголовного процесса против Заявителя и о текущей мере пресечения в отношении него (заключение под стражу или иное). Если содержание под стражей Заявителя длится дольше даты которой датировано настоящее Изложение фактов, Правительство должно указать общую продолжительность заключения и причины для его продления, а также представить копии относимых решений судов.

6. В ходе разбирательств, в которых содержание под стражей было избрано или продлено (слушания по мере пресечения) убедился ли суд в том, что существовали «разумные подозрения» против заявителей, как того требует статья 5 часть 1 пункт «c» Конвенции? В частности, в ходе слушаний по мере пресечения, оценил ли суд доказательства, подтверждающие существование таких «разумных подозрений» (см.Худоеров против России, № 6847/02, § 180, 8 ноября 2005 года и Щеглюк против России, № 7649/02, § 43, 14 декабря 2006 года)?

7. Принимая во внимание такие причины на которые явно опирались национальные суды во время заключения под стражу (см., например, Быков против России [GC], №4378/02, § 66, 10 марта 2009 года, и Савенкова против России, №30930/02, §§85 и 87, 4 марта 2010 года), было ли заключение заявителей под стражу оправданно «существенными и достаточными причинами», как того требует статья 5 часть 3 Конвенции в взаимосвязи со статьей 5 частью 1 пунктом «с» их? В частности:
- Уважалась ли судами презумпция в пользу освобождения (в частности, насколько было распределено бремя доказывания (см. Власов против России, № 78146/01, § 108, 12 июня 2008 года и Моисеев против России, № 62936/00, § 154, 9 октября 2008 года)?
- Оценивались ли судами конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие о рисках, якобы созданных заявителями (см., например, Панченко против России, № 45100/98, § 107, 8 февраля 2005 года; Долгова против России, № 11886/05, § 49, 2 Марта 2006 года; Мишкеткул и другие против России, № 36911/02, § 57-59, 24 мая 2007 года; Гусев против России, № 67542/01, §§ 80-82, 15 мая 2008 года; Сизов против России, № 33123/08, § 53, 15 марта 2011; и Романова против России, № 23215/02, § 127-133, 11 октября 2011 года)?
- Рассматривали ли суды соответствующие доказательства для того, чтобы установить реальное существование этих фактов (см., например, Александр Макаров против России, № 15217/07, §§ 125–27, 12 марта 2009 года и Чумаков против России, № 41794/04, § 162, 24 апреля 2012 года)?
- Рассматривал ли суды возможность применения менее тяжелых мер пресечения для заявителей, таких как залог, домашний арест, электронное наблюдение, личные поручительства и так далее (см., например, Пшевечерский против России, № 28957/02, §§ 69-71, 24 мая 2007 года; Царьков против России, № 16854/03, § 70, 16 июля 2009 года; Миминошвили против России, № 20197/03, § 92, 28 июня 2011; и Федоренко против России, № 39602/05, § 71, 20 сентября 2011 года; см. также Постановление Верховного Суда России от 22 октября 2009 года )?
- Учитывали ли суды должным образом меняющуюся ситуацию с заключенными и меняющуюся необходимость в их заключении, продлевая им сроки содержания под стражей (см., например, Алексанян против России, № 46468/06, § 191, 22 декабря 2008 года; Сизов против России, приведенное выше, и Сокуренко против России, нет. 33619/04, § 87, 10 январь 2012 г.)?

8. Была ли властями проявлена «особая тщательность» в проведении судебного разбирательства в отношении заявителей, как того требует статья 5 часть 3 Конвенции? В частности, произвели ли суды оценку конкретных процессуальных действий, которые необходимо предпринять в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, а также причин, почему эти действия не были ранее предприняты или не могли быть предприняты более оперативно (см.Валерий Самойлов против России, №57541/09, § 123, 24 января 2012 года, и Сингаевский против России, №. 17628/03, § § 82-86, 27 марта 2012 года)?

9. Выполняет ли Правительство свои обязательства, обеспечивающие охрану здоровья Заявителя и его надлежащее сохранение, кроме всего прочего, обеспечивая его медицинской помощью, а также соответствуют ли условия слушаний в зале суда требованиям статьи 3 Конвенции?

Вопросы Правительству Украины.

1. Был ли Заявитель лишен свободы 19 октября 2012 года, как он утверждает? Если да, Ваше Правительство должно предоставить следующую информацию:
(а) был ли Заявитель задержан властями России или Украины или частными лицами?
(b) была ли причина для его лишения свободы?
(с) базировалось ли это на решении, формальном или неформальном властей России и/или Украины?
(d) когда и где Заявитель пересек границу между Россией и Украиной в период между 19 и 21 октября 2012?

2. Имелся ли запрос об экстрадиции Заявителя со стороны властей России? Если да, то было ли отказано в процедуре экстрадиции? Обеспечили ли власти Украины право Заявителя на свободу и безопасность, как того требует статья 5 часть 1 Конвенции, чтобы предотвратить незаконный арест властями иностранного государства?

3. Был ли Заявитель подвергнут бесчеловечному или унижающему достоинство обращению 19-21 октября 2012 года, властями или частными лицами, в нарушение статьи 3 Конвенции?

4. Какие меры были приняты властями Украины для расследования утверждений Заявителя, что он был похищен с территории Украины государственными агентами (спецслужбами) России 19 октября 2012 года и подвергался дурному обращению с их стороны 19-21 октября 2012? Принимая во внимание процедуру защиты от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и принимая во внимание позитивные обязательства гарантировать права Заявителя на свободу и безопасность, охраняемые статьей 5 частью 1 Конвенции, было ли расследование в настоящем деле, проводимое властями России, нарушающим статьи 3 и 5 Конвенции?

5. Правительству предлагается представить копии документов, относящихся к процедуре экстрадиции или копии документов, относящихся к расследованию утверждений Заявителя о похищении и дурном обращении.