agranovsky (agranovsky) wrote,
agranovsky
agranovsky

ЕСПЧ РАССЛЕДУЕТ ПОХИЩЕНИЕ ЛЕОНИДА РАЗВОЗЖАЕВА В ПРИОРИТЕТНОМ ПОРЯДКЕ.

7 июля 2014 года Европейский Суд по правам человека начал процесс коммуникации по жалобе защитников Леонида Развозжаева адвокатов Дмитрия Аграновского и Анны Ставицкой. 7 июля вечером я получил по электронной почте документы из Европейской Суда.
Коммуникация – это процесс по существу, в ходе которого запрашиваются объяснения соответствующего государства, потом Заявителя и после этого по делу выносится решение.
В Сопроводительном письме ЕСПЧ сообщает, что Правительству России и Украины направлены Изложение фактов (Statement of facts) как их видит Европейский Суд, и вопросы, на которые они должны ответить до 15 сентября 2014 года.
Правительству России задано 18 вопросов, Правительству Украины задано 9 вопросов.
Вопросы касаются предполагаемого похищения Развозжаева с территории Украины, предполагаемого бесчеловечного обращения в ходе похищения в период с 19 по 21 октября 2012 года, а также предполагаемых неправомерного ареста, неправомерного продления срока содержания под стражей, неоказания надлежащей медицинской помощи и бесчеловечного обращения в ходе судебных слушаний.
Вопросы Европейского Суда по правам человека (в переводе адвоката Аграновского Д.В.) приводятся ниже:
Вопросы Правительству России.

1. Был ли Заявитель лишен свободы 19 октября 2012 года, как он утверждает? Если да, Ваше Правительство должно предоставить следующую информацию:
(а) был ли Заявитель задержан властями России или Украины или частными лицами?
(b) была ли причина для его лишения свободы?
(с) базировалось ли это на решении, формальном или неформальном властей России и/или Украины?
(d) когда и где Заявитель пересек границу между Россией и Украиной в период между 19 и 21 октября 2012?

2. Был ли Заявитель подвергнут бесчеловечному или унижающему достоинство обращению 19-21 октября 2012 года, властями или частными лицами, в нарушение статьи 3 Конвенции?

3. Какие меры были приняты властями России для расследования утверждений Заявителя, что он был похищен с территории Украины государственными агентами (спецслужбами) России 19 октября 2012 года и подвергался дурному обращению с их стороны 19-21 октября 2012? Принимая во внимание процедуру защиты от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и принимая во внимание позитивные обязательства гарантировать права Заявителя на свободу и безопасность, охраняемые статьей 5 частью 1 Конвенции, было ли расследование в настоящем деле, проводимое властями России, нарушающим статьи 3 и 5 Конвенции?

4. Относительно утверждения Заявителя, что 21 октября 2012 года похитители передали его из рук в руки в Следственный Комитет Российской Федерации, арестовали ли власти России его на этой стадии и соответствовал ли арест статье 5 части 1 Конвенции?

5. Правительство приглашается представить информацию о ходе уголовного процесса против Заявителя и о текущей мере пресечения в отношении него (заключение под стражу или иное). Если содержание под стражей Заявителя длится дольше даты которой датировано настоящее Изложение фактов, Правительство должно указать общую продолжительность заключения и причины для его продления, а также представить копии относимых решений судов.

6. В ходе разбирательств, в которых содержание под стражей было избрано или продлено (слушания по мере пресечения) убедился ли суд в том, что существовали «разумные подозрения» против заявителей, как того требует статья 5 часть 1 пункт «c» Конвенции? В частности, в ходе слушаний по мере пресечения, оценил ли суд доказательства, подтверждающие существование таких «разумных подозрений» (см.Худоеров против России, № 6847/02, § 180, 8 ноября 2005 года и Щеглюк против России, № 7649/02, § 43, 14 декабря 2006 года)?

7. Принимая во внимание такие причины на которые явно опирались национальные суды во время заключения под стражу (см., например, Быков против России [GC], №4378/02, § 66, 10 марта 2009 года, и Савенкова против России, №30930/02, §§85 и 87, 4 марта 2010 года), было ли заключение заявителей под стражу оправданно «существенными и достаточными причинами», как того требует статья 5 часть 3 Конвенции в взаимосвязи со статьей 5 частью 1 пунктом «с» их? В частности:
- Уважалась ли судами презумпция в пользу освобождения (в частности, насколько было распределено бремя доказывания (см. Власов против России, № 78146/01, § 108, 12 июня 2008 года и Моисеев против России, № 62936/00, § 154, 9 октября 2008 года)?
- Оценивались ли судами конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие о рисках, якобы созданных заявителями (см., например, Панченко против России, № 45100/98, § 107, 8 февраля 2005 года; Долгова против России, № 11886/05, § 49, 2 Марта 2006 года; Мишкеткул и другие против России, № 36911/02, § 57-59, 24 мая 2007 года; Гусев против России, № 67542/01, §§ 80-82, 15 мая 2008 года; Сизов против России, № 33123/08, § 53, 15 марта 2011; и Романова против России, № 23215/02, § 127-133, 11 октября 2011 года)?
- Рассматривали ли суды соответствующие доказательства для того, чтобы установить реальное существование этих фактов (см., например, Александр Макаров против России, № 15217/07, §§ 125–27, 12 марта 2009 года и Чумаков против России, № 41794/04, § 162, 24 апреля 2012 года)?
- Рассматривал ли суды возможность применения менее тяжелых мер пресечения для заявителей, таких как залог, домашний арест, электронное наблюдение, личные поручительства и так далее (см., например, Пшевечерский против России, № 28957/02, §§ 69-71, 24 мая 2007 года; Царьков против России, № 16854/03, § 70, 16 июля 2009 года; Миминошвили против России, № 20197/03, § 92, 28 июня 2011; и Федоренко против России, № 39602/05, § 71, 20 сентября 2011 года; см. также Постановление Верховного Суда России от 22 октября 2009 года )?
- Учитывали ли суды должным образом меняющуюся ситуацию с заключенными и меняющуюся необходимость в их заключении, продлевая им сроки содержания под стражей (см., например, Алексанян против России, № 46468/06, § 191, 22 декабря 2008 года; Сизов против России, приведенное выше, и Сокуренко против России, нет. 33619/04, § 87, 10 январь 2012 г.)?

8. Была ли властями проявлена «особая тщательность» в проведении судебного разбирательства в отношении заявителей, как того требует статья 5 часть 3 Конвенции? В частности, произвели ли суды оценку конкретных процессуальных действий, которые необходимо предпринять в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, а также причин, почему эти действия не были ранее предприняты или не могли быть предприняты более оперативно (см.Валерий Самойлов против России, №57541/09, § 123, 24 января 2012 года, и Сингаевский против России, №. 17628/03, § § 82-86, 27 марта 2012 года)?

9. Выполняет ли Правительство свои обязательства, обеспечивающие охрану здоровья Заявителя и его надлежащее сохранение, кроме всего прочего, обеспечивая его медицинской помощью, а также соответствуют ли условия слушаний в зале суда требованиям статьи 3 Конвенции?

Вопросы Правительству Украины.

1. Был ли Заявитель лишен свободы 19 октября 2012 года, как он утверждает? Если да, Ваше Правительство должно предоставить следующую информацию:
(а) был ли Заявитель задержан властями России или Украины или частными лицами?
(b) была ли причина для его лишения свободы?
(с) базировалось ли это на решении, формальном или неформальном властей России и/или Украины?
(d) когда и где Заявитель пересек границу между Россией и Украиной в период между 19 и 21 октября 2012?

2. Имелся ли запрос об экстрадиции Заявителя со стороны властей России? Если да, то было ли отказано в процедуре экстрадиции? Обеспечили ли власти Украины право Заявителя на свободу и безопасность, как того требует статья 5 часть 1 Конвенции, чтобы предотвратить незаконный арест властями иностранного государства?

3. Был ли Заявитель подвергнут бесчеловечному или унижающему достоинство обращению 19-21 октября 2012 года, властями или частными лицами, в нарушение статьи 3 Конвенции?

4. Какие меры были приняты властями Украины для расследования утверждений Заявителя, что он был похищен с территории Украины государственными агентами (спецслужбами) России 19 октября 2012 года и подвергался дурному обращению с их стороны 19-21 октября 2012? Принимая во внимание процедуру защиты от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и принимая во внимание позитивные обязательства гарантировать права Заявителя на свободу и безопасность, охраняемые статьей 5 частью 1 Конвенции, было ли расследование в настоящем деле, проводимое властями России, нарушающим статьи 3 и 5 Конвенции?

5. Правительству предлагается представить копии документов, относящихся к процедуре экстрадиции или копии документов, относящихся к расследованию утверждений Заявителя о похищении и дурном обращении.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments